Про хорошее детское кино на все времена (часть 6)

Ноябрь 15, 2019 в Кино, Культура, Книги, Мысли вслух, Маргарита Серебрянская, просмотров: 248

Все дети любят приключенческие истории. Герой здесь подвергается всевозможным испытаниям. Он действует в реальном мире, но удачливость, счастливый случай, как в сказке, помогают ему не меньше, чем собственные усилия. А главное, он обладает цельностью натуры и утверждает идеальные чувства. Их проверка лежит в основе любого приключенческого сюжета, будь то поиски сокровищ, история пропавшей экспедиции или подвиги благородных мстителей.

На экране приключения обладают магией увлекательного зрелища. Стремительность действия, крупность рисунка, погружение в мир таинственного и неизведанного — всё это отвечает особенностям сознания ребёнка и его романтическим ожиданиям. Существуют разные типы приключенческих фильмов: героико-приключенческие, фильмы-путешествия, детективы и т.д. Но в детском телевизионном кино приключения почему-то долгое время сводились к различного рода забавным историям. Например, о разных экзотических зверях: рассказывалось, как искали пропавшего медвежонка, или как проказничала и дразнила прохожих маленькая обезьянка, или как убежал из цирка и с помощью детей был возвращён к началу представления лев. Среди этих историй встречались более занимательные и менее занимательные, но в любом случае границы приключенческого телеэкрана оставались слишком тесными.

Положение стало меняться в 1970-х годах.

Мировой литературой накоплена целая библиотека книг, которые могли бы послужить основой для детских приключенческих лент. Наибольший интерес представляют те из них, где захватывающее повествование помогает лучше понять жизнь и характеры людей, ощутить неповторимую поэзию детства.

Таковы произведения Марка Твена. Он не писал специально для детей, но о том, чтобы книга была близка детям, заботился всегда. Его бессмертных героев Тома Сойера и Гекльберри Финна дети и сегодня ощущают своими современниками. И потому готовы им сопереживать и на подмостках театральной сцены, и в кино.

Каждый, кто в детстве читал и перечитывал «Приключения Гекльберри Финна» (1884 г.), а потом возвращался к ним десятилетия спустя, с изумлением обнаруживал, что книга эта вовсе не о проделках маленького бродяги. Каждая её глава могла бы дать материал для целого фильма на темы американской жизни второй половины XIX века. Экранизируя роман в 1973 году, режиссёр Георгий Данелия не ограничился одной из новелл, но и не стал прослеживать всю цепь событий книги. В известном кинофильме «Совсем пропащий» Данелия взял подспудную драматическую линию твеновского произведения и, отказавшись от счастливого финала романа, завершил фильм её кульминацией — продажей беглого негра Джима и клятвой Гека «расшибиться в лепёшку, но сделать Джима свободным».

Спокойное, плавное течение широкой реки, туманы, огоньки в ночи, звёздное небо — как непохожи эти медленно сменяющие друг друга кадры на бурную феерию похождений твеновских мальчишек!.. Том Сойер вообще в этом фильме отсутствует. Это история Гека, открывающего мир — отнюдь не романтичный. Гек (Роман Мадянов) в фильме лишён той детской лукавой изобретательности, какой он наделён в романе. Вспомнить, хотя бы, те бесконечные истории, которые сочинял мальчишка, дурача своих слушателей. Герой Данелии больше размышляет, чем действует. И в этом сказалась примета времени.

Фильм не торопится разъяснить нам то, что происходит. Мы даже не всегда узнаём имена тех, кто гибнет или губит себе подобных. Перед нами разворачивается мир жестокий, бездуховный, абсурдный. Что-то механическое, неживое проглядывает в скучающей толпе провинциальной Америки, занятой петушиными боями и соседскими распрями. Кажется, эта толпа заполнила собой всё пространство, оставив свободным лишь широкий разлив Миссисипи.

Так образуются два этических полюса — наивный Джим с Геком Финном и весь остальной мир. Мы не станем свидетелями их прямого, внешнего столкновения, но от эпизода к эпизоду нарастает столкновение внутреннее. Пьяный отец Гека, старый бродяга и алкоголик, в состоянии белой горячки бросается на сына с ножом. Благородная, блещущая аристократическим воспитанием вдова Дуглас соглашается продать на хлопковые плантации своего негра Джима, мечтающего когда-нибудь выкупить из рабства жену и детей. Постоянная работа на хлопковых плантациях, по общему мнению рабов, губит человека за два-три года… Из-за кровной вражды семейств на глазах Гека застрелен 12-летний мальчишка Бак. В другом городе местный полковник наповал убивает безобидного соседа-выпивоху за всем привычный пьяный шум. Два актёра-мошенника (в блестящем исполнении Евгения Леонова и Вахтанга Кикабидзе), случайно попавших на плот к Джиму и Геку, вначале пробуют зарабатывать себе на жизнь любительским представлением пьес Шекспира, но, когда провал идёт за провалом, делают вывод: «Нет! Эти олухи не доросли ещё до Шекспира! Им нужна только пошлая комедия! Даже хуже, чем пошлая! Мы знаем, что им нужно, и они завтра же в этом убедятся!..»

Однако в самой жизни нашлось то, что противостоит её тёмным сторонам. Беззащитный мальчишка Гек Финн и беглый негр Джим одерживают в фильме нравственную победу, пожалев несчастных жуликов, избитых и вывалянных в смоле разозлёнными горожанами. Искреннее, сердечное желание Гека — помочь Джиму стать вольным, хотя в самом начале картины Гек скрывал свою дружбу с ним, приговаривая: «Увидят меня люди с тобой и скажут — совсем, мол, Гек пропащий, водится с рабом!..»

Детский взгляд, не затуманенный предрассудками, не испорченный тщеславием, был для писателя Марка Твена ясновидящим оком, а детское сердце — самым честным судьёй мира.

Хотя постановка Георгия Данелии ориентирована, по большому счёту, на законы взрослого восприятия, и не имеет того особенного, лёгкого и радостного полёта над обыденностью, который дарит приключенческий жанр, — она, всё же, сохраняет широкий адрес, предлагая детям пройти вместе с юным героем по американским бродяжьим тропам и поразмышлять над тем, что же такое самостоятельность и как рождается чувство ответственности за другого.

Примечательно, что в своё время «Совсем пропащий» был отобран директором Каннского кинофестиваля для конкурсного показа от СССР. Однако в итоге ленту на фестиваль всё же не отправили, дали ей вторую категорию и демонстрировали в кинотеатрах только на первом утреннем сеансе. Неведомыми путями «Совсем пропащий» дошёл до президента американской кинокомпании «Коламбия Пикчерз» и очень ему понравился. Более того — по мнению американских кинокритиков, именно этот фильм является лучшей экранизацией произведения Марка Твена.

Большой популярностью пользуется и трёхсерийный художественный фильм «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна», снятый в 1981 году на Одесской киностудии режиссёром Станиславом Говорухиным по повести «Приключения Тома Сойера». Здесь всё созвучно Марку Твену. И прежде всего — атмосфера провинциального американского городка Санкт-Петербург, где так странно и так тесно переплелись патриархальность, сентиментальность и жестокость, закостенелость нравов и дух свободы, что вселился в неунывающего Тома и его друга Гека.

Опять встречает зрителя широкая река — великая Миссисипи, на ней белый пароходик, чёрные клубы дыма валят из чёрных труб, красные колёса шлёпают по воде. Всё крупно, резко, контрастно, как на детском рисунке. Сверкает белозубая улыбка поющей негритянки, стекают капли с чёрных лиц кочегаров, всё подчинено темпераментному ритму танца и песни, словно беспричинная радость захлестнула каждого: и девочку, бросившуюся на пристани в объятия тётки, которую она давно не видела, и негра с добродушным лицом, и пританцовывающего мальчика, и рыбака, удачно обменявшего свой улов. У каждого радость своя, но всё это вместе сливается в единое настроение великолепного летнего утра.

А вот и Том (Федя Стуков), который, увы, наказан за шалости. Чаша терпения тётушки Полли переполнилась: Тому запрещено гулять в день, когда все другие мальчики свободны. Глазами Тома мы видим длинный-предлинный серый забор, который кажется бесконечным. Да его же не побелить и до следующего воскресенья! По улице движется процессия актёров и увязавшихся за ними праздных зевак. И снова звучит та же темпераментная, радостная, влекущая мелодия. Мир, похоже, разделился на две половины — на скучную работу и на безудержное веселье. Между ними нет никакого промежутка, никаких оттенков, никаких полутонов. Или — или.

С глубокой задумчивостью опускает Том кисть в приготовленное ведро извёстки, встряхивает ею брезгливо, вздыхает в полном отчаянии: жизнь не удалась. Первые мазки вкривь и вкось в точности передают его душевное состояние. Но стоило показаться играющему в пароход Джо, как Том тут же начинает играть в любимую работу — и мазки теперь ложатся на доски аккуратно, как строчки в прописях. А кто же может устоять против соблазна интересной, необычной игры?

Через несколько минут мальчишки не только красят забор в очередь, не только ссорятся из-за кисти и даже водят ею в три руки, но и готовят новый раствор извести, чтобы продлить удовольствие. Рожицы и одежда — всё в брызгах, всё заражено игрой. Том сидит нога на ногу среди настоящих сокровищ, но ведь не они цель этого предприятия. Истинная цель его — свобода, ничем и никем не стеснённая.

И Том насладился ею вполне. Он чувствует себя прекрасно и в толпе друзей, и наедине с собой, точно в нём самом звучит радостная мелодия. Он поиграет с щенком, он погладит поросёнка, поглазеет на картёжников, проедется на катящейся бочке и устроит целое цирковое представление, как только обнаружится публика в виде прелестной девочки с козлёнком. Мальчишеское бьёт в Томе через край, и брошенную ему нежной ручкой розу он восхитительно ловко поднимет пальцами босой ноги. Нет такого предмета, который тут же не приобрёл для него игрового предназначения. Щепочка, дождевой червяк, извивающийся в руке, жук в коробочке… Но всё это вместе не способно утолить ту жажду иной, более яркой, насыщенной и свободной жизни, что теснит грудь Тома — мальчишки неординарного, энергичного и предприимчивого. И потому он вместе с Геком Финном мечтает о пиратских приключениях, о сокровищах, о кладах, о спасении красавиц, о поединках и пирах в пещере при свете огней.

Время игровое, внутреннее несоразмерно для Тома с временем реальным. Идёт школьный урок, и как бы издалека звучат бесцветные слова учителя, не рассчитанные на контакт с детской аудиторией. Патетический текст он читает по бумажке, и эта полная пышных оборотов речь резко диссонирует с внутренней жизнью Тома, который успевает уговорить Бекки Тэтчер взять у него яблоко, объясниться ей в любви и тут же напрочь обо всём этом забыть, затеяв с соседом по парте весёлую возню с жуком. Учитель возникает всегда неожиданно: до сознания поглощённого игрой ребёнка не сразу доходит суровый голос реальной жизни. И как воплощение мальчишеской мечты о мести появляется в определённый момент мяукающая кошка, подвешенная на верёвке и снимающая своими когтями парик учителя.

На уроке особенно резко подчёркивается контраст между наполненным формальностями миром взрослых и детским сознанием, жаждущим энергичного движения. За считанные секунды Том проживает целую жизнь, напряжённую и увлекательную, а в окружающем мире не меняется ничего.

Дети не погружаются в диалектику души другого человека, для них взрослые живут в очерченных образах. Это образы живые и одновременно маски: злой, добрый, ужасный, прекрасный, скучный, весёлый. Одно какое-то качество всегда выделено, подчёркнуто, укрупнено. И взрослые герои фильма показаны именно так. Детское восприятие Тома плюс лёгкая ирония автора помогают создать колоритные типажи.

Дети любят окружать себя тайнами, они мечтают о приключениях, о чудесном, небывалом. И в фильме Говорухина есть то, к чему рвётся детская душа — тайны, опасности, «вечные» клятвы, погони и преследования. Но не только это. Мрак чередуется здесь со светом, а сердечное чувство оказывается сильнее пиратских страстей.

Том увлекается игрой и увлекает ею даже сводного брата Сида. Он умеет затронуть душу любого человека. Гек проще, сердечнее и в чём-то тоньше Тома. Именно это сумел передать Владик Сухачёв, исполнивший в фильме роль Гека. Но Том неистощимее на выдумки, в нём больше яркой жизненной энергии. С ним связывается образ светлого, бьющего из глубины ключа, в котором так весело и радостно являет себя природа. И сама жизнь подыгрывает Тому. Тайны, необычные события, подслушанные разговоры разбойников и, наконец, клад. В финале Том и Гек приносят в дом вдовы Дуглас мешок с золотом, вытряхивая его на ковёр с детской непосредственностью. Сыплется целый дождь блестящих монет, но это воспринимается не как хэппи энд, нужный, чтобы уравновесить мрачные события, а как естественная награда героям. Так под конец получают в дар полкоролевства и прекрасную принцессу известные сказочные персонажи.

Вообще, всё то драматическое, что происходит в фильме, с его общей яркостью красок и жизнерадостностью негритянских песен, находится где-то на периферии изображения. Как-то скрадывается, скрывается в тени и убийство доктора Робинсона, и ложное обвинение в этом Меффа Поттера, и преступления индейца Джо. Похоже, что авторов вдохновлял сам образ солнечного детства, наполненного приключениями.

Исполнитель роли Тома Федя Стуков обладает тем, что взрослым актёрам даётся многолетним опытом, — естественностью поведения перед камерой, полной свободой душевного выражения, когда слова и жесты рождаются словно на глазах зрителя. Рыжеволосый, лукавый босоногий мальчишка с губами, вымазанными вареньем… Почему он сразу видится нам тем самым, твеновским Томом ещё до того, как произнесена первая реплика, до начала увлекательных событий? Может быть, потому, что в глазах его столько невинной голубизны, обманывающей и самых проницательных учителей? Или потому, что на лице его попеременно отражаются все чувства — от восторга до напряжённой работы предприимчивой мысли? Или потому, что в его жестах ощутима та естественная природная пластика, что поневоле заставляет им любоваться? А может быть, потому, что в Томе с первого мгновения чудится что-то родное, полузабытое, что каждый испытывал в детстве, та естественная жизнь, которую, сколько ни бейся, не удаётся сохранить, как не удаётся сберечь упавшую на ладонь струйку родниковой воды…

Сегодняшние дети — искушённые зрители. Чуть только покажется им скучным очередной фильм, они лёгким нажатием кнопки переключаются на другой канал. И зачастую уходят при этом во взрослый мир, в совсем не для них предназначенную программу, где задаются совсем не детские вопросы, мелькают далеко не детские изображения. Или, заткнув уши наушниками, погружаются в какую-нибудь любимую музыку.

Сколько бы мы, взрослые, ни досадовали, ни иронизировали, факт остаётся фактом: к эстрадной музыке (увы, частенько далеко не самой качественной!) современные дети приобщаются скорее, чем к азбуке. Приходится отмечать, что чтение постепенно сдаёт свои позиции в кругу детских интересов. Но вот эстрада из силы отвлекающей способна стать помощником в эстетическом и нравственном воспитании ребёнка. Её союз с телевизионным экраном, с фильмом, обращённым к детям, может быть весьма плодотворным. Сочетание эстрадных и кинематографических форм рождает особый язык, позволяющий доходчиво и увлекательно говорить с детской аудиторией о таких сложных и высоких материях, как долг, справедливость, красота, самосовершенствование личности. При условии, конечно, что авторы тонко чувствуют игровую стихию и относятся к игре всерьёз. Тут уж дети проявляют такую чуткость, что и взрослые могут им позавидовать.

Героев фильма режиссёра Владимира Аленикова «Приключения Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные» (Одесская киностудия, 1983 г.) зрители встретили как своих старых знакомых. Персонажи эти родились в детском юмористическом киножурнале «Ералаш», откуда, кстати, в этот фильм перекочевали и многие мотивы забавной истории двух друзей — Васи Петрова и Пети Васечкина, которым никак не удаётся опередить одноклассницу, прекрасную во всех отношениях Машу Старцеву. Приключения, происходившие с Петровым и Васечкиным, были таковы, что могли вызвать к ним зрительскую симпатию, но и слегка снисходительное отношение, какое бывает у старших братьев к младшим, повторяющим что-то давно знакомое и пережитое. Другое дело — следующая лента Владимира Аленикова, «Каникулы Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные» (она была удостоена приза жюри на Всесоюзном фестивале телевизионных фильмов-1985 в Киеве).

Водевильные положения сменяются здесь комическими ситуациями уже несколько иного рода, больше основанными на непосредственных жизненных наблюдениях. Иными становятся и сами «правила игры»: от героев теперь требуется не столько ловкость, удачливость, сколько определённые человеческие качества. А по форме этот фильм отчётливо приближается к эстрадным жанрам, к мюзиклу. Герои не только разговаривают, но и танцуют, и поют. Однако это воспринимается как естественная форма их самовыражения, потому что в экранной хореографии легко узнаваемы характерные движения резвящихся мальчишек, разве что ритмически подчёркнутые. А песни рождаются столь органично, что зрители в своё время сразу их подхватили и стали петь, повторяя жесты и мимику полюбившихся героев.

Петров (Дима Барков) и Васечкин (Егор Дружинин) приезжают на каникулы в летний лагерь, где все с тревогой ждут появления хулигана по кличке Гусь. Известие обрастает кривотолками, рождает причудливые фантазии. Под угрозой может оказаться благополучный отчёт о воспитательской работе. Вот за эту опасную фигуру и принимают двух друзей. И те с увлечением начинают дурачить тех, кто, подобно дежурному по лагерю, Антону, насаждает в лагере скуку и формализм. Впрочем, в финале Петров с Васечкиным выходят из своей роли и вступают в неравный поединок с настоящим хулиганом. И красавица Маша Старцева (Инга Ильм) придёт в изолятор, чтобы поздравить пострадавших в бою друзей.

Но не это главное в новых приключениях ребят. Они мечтают об игре на всю жизнь. Её подсказывает им великая книга Сервантеса «Дон Кихот». Вначале игра эта кажется забавой, она подталкивает лишь к эксцентрике, — например, помчаться на велосипеде прямо под крылья ветряной мельницы и взлететь на них, а потом прыгнуть с высоты, доверившись лёгкому зонтику от солнца. Увы, выбрать роль благородного героя легче, чем соответствовать ему в жизни. А совершить однажды по его примеру отчаянный поступок ещё не значит быть по-настоящему бесстрашным.

Друзья честно разыгрывают свои партии: Васечкин — Дон Кихот, мечтающий о подвиге, а Петров — Санчо Панса, отдающий должное вкусному обеду. Один рвётся вперёд, а другой вспоминает уютный лагерь, который они покинули. Один безумствует, другой старается его удержать. Но жизнь вносит в игру свои поправки. Черты Дон Кихота начинают проступать в Санчо Пансе. А Васечкин пугается собаки, принимая её за волка, удирает от коровы, показавшейся ему бешеным быком. Дон Кихоту приходится спуститься со своих высот и по достоинству оценить поведение друга. Тот оказывается более Дон Кихотом, чем выбравший эту роль Васечкин. И в благородстве он его опережает. На вершине горы красуется прекрасный эдельвейс, но Васечкин, карабкавшийся за ним, возвращается с полпути: «Всё равно завянет», — поясняет он сам себе. А Петров достигает вершины. Цветок он застенчиво и совершенно искренне отдаёт Васечкину: пусть Маша Старцева думает, будто подвиг совершил друг…

Да, объявить себя героем, принять его роль — это ещё не всё. А как им на самом деле стать?.. Фильм учит отличать браваду от истинных чувств и благородных поступков.

Примечательно, что для режиссёра Владимира Аленикова ленты эти стали своего рода автобиографическими. Образ Васечкина он создал на основе самого себя в школьном возрасте, а прообразом Петрова стал друг его детства Петя Брандт. «Приключения Петрова и Васечкина» с успехом проходили в программе зарубежных кинофестивалей, едва не попав под идеологический запрет в своей собственной стране. Школа, где учатся, по содержанию фильма, главные герои — это одесская школа № 100, на её фасаде до сих пор сохранилась цветная композиция, заметная в кадре. По словам Егора Дружинина, учащиеся этой школы всегда радовались приходу съёмочной группы, потому что это, конечно, означало срыв уроков!.. Классная комната, которую Петров с Васечкиным в финале оклеивают обоями, снималась в этой же школе и по окончании съёмок осталась в школе на память в том виде, в каком показана в кино.

Приключения — это всегда жизнь яркая, напряжённая, небудничная. Но для того, чтобы ощутить её так, вовсе не обязательно отправляться в какие-то дальние, экзотические края. Приключения могут начинаться сразу за порогом собственного дома. Это чувство удивления перед окружающим миром — стержень замечательного фильма «Большое приключение», поставленного на студии «Беларусьфильм» режиссёром Вячеславом Никифоровым в 1985 году.

Таня, одна из героинь фильма, не расстаётся с магнитофонной записью — рассказом отца-фотокорреспондента об Африке, об опасных встречах в джунглях. «Вот это был кадр!.. Тебе такого, наверно, никогда не сделать!..» — говорит отец дочери, так же фанатично увлечённой фотографией. Олег бредит космическими путешествиями, они его преследуют во сне и наяву. Он даже начинает воображать себя инопланетянином — пришельцем с Марса, обладающим сверхспособностями. Маленький юннат Вовочка держит у себя дома петуха Федю и считает, что лучшего домашнего любимца и быть не может. Тем временем вместе с другими кружковцами Дома Пионеров они собираются в дальний поход. В последнюю минуту из-за нелепой случайности ребята остаются без руководителя, поход отменяется. Рухнули мечты!.. И тут нескольким самым предприимчивым приходит в голову идея: ведь родители пока ничего не знают и хватятся ребят не скоро, так что можно отправиться в дорогу одним. «Ура!» — радуются все. Так начинается совершенно новый этап в их общей жизни.

Приключения не заставляют себя ждать. Ночью возле самой палатки раздаётся ужасный грохот, за полог заглядывает какое-то чудовище, да ещё вдобавок в темноте кого-то тревожно окликают марсианским именем: «Аэлита!.. Аэлита!..» Правда, в утреннем свете всё оказывается вполне безобидным: это деревенский пастух, дед Климук, разыскивал отбившуюся от стада корову. А трещали обыкновенные мотоциклы.

Но выводы о тихом течении жизни делать рановато. Налетев на затопленное бревно, резиновая лодка переворачивается, тонут все вещи и припасы. И люди, встреченные в ближайшей деревне, способны поразить воображение городских ребят, таят непознанную загадку. Первая попавшаяся пожилая женщина заговаривает маленькому Вовчику зубную боль, как настоящая колдунья. Конечно, это не по науке, в которую только и верят современные дети, но боль-то действительно прошла. А старый пастух, дед Климук с добрым и ясным лицом, оказывается, пережил страшную трагедию: в годы войны фашисты сожгли заживо всю его семью — жену и четверых детей, он до сих пор ходит на то место, где проводили казнь, чтобы услышать их голоса, но в то же самое время не верит в их смерть и вырезает из газет любое сообщение о человеке с фамилией Климук, считая его одним из своих внуков.

Путешествие по неизведанным дорогам становится для каждого из ребят и дорогой к самому себе, испытанием заложенных человеческих качеств. Они хотели, чтобы всё у них было как у взрослых, без всякой опеки, только веселее, ярче, жизнерадостнее. И путешествие приготовило им суровую проверку на взрослость — встречу с настоящими угонщиками машин. Ребята вступают с ними в борьбу. Это уже не детская игра в бандитов, это опасная схватка с реальностью. Те, кому они стараются помешать, засвечивают на их глазах драгоценные фотоплёнки с кадрами похода, швыряют в воду магнитофон, бросают палками в петуха Федю, не стыдятся бить по лицу мальчишек. А помощи в глухом лесу ждать неоткуда. Но выдержка и дружба выручают шестерых друзей.

Однако и на этом приключения не кончаются. В реке случайно найден медальон 1812-го года — «От Луизы с любовью навек». Возможно, на дне покоится знаменитый клад Наполеона!.. Ребята потрясены собственной догадкой. Значит, предстоит ещё один поход и впереди — новые приключения.

В этом фильме сталкиваются две темы. Одна — встреча с родной землёй, открытие её героями — предполагала неспешный ритм повествования, лирическую тональность, пристальный взгляд на окружающий мир. Другая — тема испытания мужества — требовала динамики действия, стремительного раскручивания сюжетной пружины. Похоже, что авторы фильма колебались в выборе основного пути, это немного отразилось на художественной цельности фильма, но тем не менее их работа стала большим шагом вперёд в освоении приключенческого жанра отечественным кино для детей.

«Вы, наверное, думаете, что наша история подошла к концу? Нет, она только начинается. Ребята возвращались домой, гордые своими приключениями. И в эту минуту мне хотелось сказать им, что самое большое, удивительное Приключение, которое ждёт их, — это сама Жизнь. А самые главные маршруты прокладываются не между пунктами, а между сердцами. Я твёрдо знаю, что они это откроют… И Таня, и Олег, и Вася, и Игорь, и Яна, и Вовка, и даже Федя. А что? У петухов тоже есть сердце!» — звучат в последних кадрах слова руководителя похода, пришедшего на помощь к воспитанникам в трудную минуту и заметившего, как сдружились и поверили друг в друга мальчишки и девчонки.

Да, приключения на телеэкране могут быть забавными и грустными, могут выстраиваться в напряжённый детективный сюжет или непритязательную историю с песнями и танцами. Но в любом случае настоящие приключенческие фильмы — те, где события таят в себе неожиданное, непредсказуемое, опасное, и где герой, подвергнувшись испытаниям, становится Героем.

Таковы фильмы «Совсем пропащий» и «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна», таково «Большое приключение» и поучительная история Петрова с Васечкиным. Смотрите это замечательное кино всей семьёй, и пусть таких уютных, поучительных семейных вечеров будет как можно больше!

Маргарита Серебрянская,

председатель Общественного Союза «Совесть»

Используемая литература:

«Мир сказочный и мир реальный», А. Романенко, М., 1987 г.


Добавить комментарий