Размышляя с классиками

Январь 26, 2016 в Книги, Культура, Лара Сазонова, просмотров: 919

Ян Парандовский: «Алхимия слова»

«…Словом «писатель» в настоящее время сильно злоупотребляют. Ещё совсем недавно проявляли больше осмотрительности и скромно соблюдали разницу между писателем и литератором. Первый был как бы посвящённым рыцарем, второй – всего-навсего оруженосцем. Литератору было позволено лелеять надежду, что в один прекрасный день и он заслужит почётное имя писателя, которое затем будут по возрастающей шкале характеризовать прилагательные: известный, популярный, крупный, значительный, великий. Воспринималось как бахвальство, если кто-нибудь, особенно из молодых, выдавал себя за писателя – этим он как бы заявлял, что уже прочно вошёл в литературу, занял в ней определённое место. Потому гораздо благороднее было бы довольствоваться званием литератора – оно всего лишь определяет профессию. А заявлять о своей принадлежности к определённой профессии – тут ничего нескромного нет. В настоящее же время почти все, кто пишет, такой скромности не проявляют, и совершенно напрасно.

… Вполне будничным и обыкновенным стало слово «автор», и никому даже в голову не приходит, что автор – это самый почётный титул писателя. Латинское слово auctor происходит от глагола augere – увеличивать, умножать. Этим именем венчали победоносных военачальников, кто своими завоеваниями расширил границы государства. Таким образом, звания «автор» заслуживал бы лишь только тот писатель, кто по-настоящему умножал духовные богатства народа, завоёвывал для него новые области в сфере прекрасного. Но уже издавна этим потрёпанным титулом величают даже составителей сонников».

Лара Сазонова, вице-президент ЦГИ «Звезда Крама»:

— «Алхимия слова» недаром считается наиболее выдающимся трактатом  Яна Парандовского. Область слова, особенно художественного – это настоящая алхимия. Как волшебно происхождение слова, как порой необъяснимо влияет оно на нас, какую связь имеет с нашим сознанием и подсознанием, как отчётливо формирует человеческие вкусы и характеры! Поневоле вспоминаешь древних алхимиков, преследовавших извечную цель – философский камень. Сколько труда они вкладывали в свой поиск, сколько составляющих пробовали в надежде получить благородный результат! Так и рыцари литературы, просеивающие «единого слова ради тысячи тонн словесной руды», исписывающие десятки черновых страниц ради одной-единственной точной  строчки.

Трактат «Алхимия слова» подчёркивает зрелость внутреннего мира Яна Парандовского, как Человека и как Писателя. Его внутренняя культура  настолько высока, что уже не позволяет равнодушно переносить пренебрежительное, поверхностное отношение к писательскому творчеству. Способность творить нельзя подделать, с этим нужно родиться, а потом научиться достойно проявлять свой дар. Андрей Вознесенский говорил: «Стихи не пишутся – случаются, как чувства или же закат». И это действительно так. Человек, истинно живущий словом, может запросто сесть на землю прямо посреди улицы и начать записывать на коленке, если его вдруг озарило вдохновение. Слово само летит к такому человеку, пьянит его, вкладывает в руки перо. Оно готово родиться от полноты жизненных ощущений, от тонкости чувств, от умения  прислушаться и присмотреться к  окружающему миру. Прилив вдохновения оставит на берегу строчки, в которые озарённый вглядится пристальнее, чем в зеркало – прежде, чем дерзнёт показать людям. Не станет такой человек раздувать щёки и громогласно требовать внимания к собственной персоне, заявляя: «Я – писатель!». Он пишет потому, что не может не писать. Он – рыцарь литературы. Он просто живёт Словом, как Прекрасным Образом.

Боюсь, что времена рыцарства в  мировой литературе миновали. Если в былые времена, как пишет Ян Парандовский, люди «проявляли больше осмотрительности и скромно соблюдали разницу между писателем и литератором», то теперь мы повсеместно наблюдаем обратное. Возможность заработать на литературном поприще не ушла от внимания людей предприимчивых и ловких. Они  уразумели, что, чем громче кричать о себе: «Я – писатель!», тем скорее поверят и больше заплатят. В литературу, так же, как и в шоу-бизнес, прочно вошло понятие «раскрутить». Расплодились сотни, если не тысячи спекулянтов, оборотливых фабрикантов слова, и широко обманутая  публика проявляет к ним доверие, которого они никак не заслуживают. Доходит до абсурда: согласитесь, невозможно создать литературное произведение без тщательного изучения языка, на котором оно пишется, а ведь нынешний «литературный продукт» сплошь и рядом пестрит грубыми орфографическими и стилистическими ошибками, которые маскируются сложным понятием «поток сознания».

Каждому  следует заниматься своим делом. И, уж само собой разумеется, не для того, чтобы прославиться. Плох тот актёр, который, находясь на сцене, думает о публике. Плох и писатель, заранее представляющий свой портрет среди бессмертных классиков. Гордыня убивает всякий талант в зародыше. Если  вообще была его искра… С творческим даром  нужно обращаться бережно, осмотрительно, ведь все внутренние дефекты личности проявляются через отношение человека к делу, которым он занимается. В наибольшей степени  это касается сферы искусства, где несложно бывает выдать глупость за творческую смелость, а полное отсутствие образования – за  «авторский стиль». Вседозволенность в искусстве выпускает из человека самолюбие, тщеславие, эгоцентризм, стремление к соперничеству. Люди всё основательнее забывают, что такое критическое мышление, являющееся контролёром поступков. В литературе это проявилось в размытии границ между понятиями «писатель» и «литератор», «автор» и «составитель». Проявляется это и в иных сферах человеческой деятельности…

Чёткое осознание своего места, своих способностей и  возможностей – вот  определяющий фактор литературной деятельности, да и всякой деятельности вообще. Пусть сегодня ты  лишь оруженосец. В  этом звании нет ничего позорного: дремлющая искра будет разбужена, и в один прекрасный день  оруженосец станет рыцарем. Нужно только работать над собой, совершенствоваться, терпеливо проходить каждую ступень развития, а не стараться перепрыгнуть с первой ступеньки сразу на двадцатую. Это всё равно, что плюнуть в вечность: потомки не скажут «спасибо» за бездарное наследие. Да они и не узнают имени заносчивого оруженосца.

А задумываться о творческом наследии стоит. Это, собственно, самое важное, о чём стоит думать, занимаясь литературным трудом. Литературное произведение – это кристаллизация народной мудрости. В идеале, конечно. Слово, запечатлённое писателем, —  кристалл, выросший из недр духовного богатства народа. Величие людей, способных выращивать такие кристаллы, не померкнет в веках. Цель их творчества – не выпячивание своего «Я», а отражение лика  целой эпохи, в которой они живут. Автор – творец, а не ремесленник, думающий только о том, как бы повыгоднее продать своё изделие сегодня, а до завтра, мол, ещё дожить надо. Авторы рождаются редко, их никогда не было много, а в нынешние времена их малое число особенно заметно. Засилье ремесленничества в литературе можно излечить только нравственным воспитанием, внушением, что не всякий, кто кое-как пишет и публикует написанное, является писателем. Не говоря уже об откровенных графоманах, даже многие создатели полезных книг никогда не войдут в настоящую литературу. В неё невозможно, недопустимо принимать всех, кто, как писал Вольтер, кое-как состряпал одну-две пьески или склеил несколько проповедей. Либеральность может только повредить качеству высочайшего искусства – искусства Слова, формирующего целые поколения.

Я – за честное рыцарство в литературе. А вы?


Добавить комментарий