Тучки с солнышком в прятки играли. Одна закрывала собою солнце, а другие по небу носились, искали, где бы спрятаться получше. На земле-то можно и за сараем укрыться, и за скирдой соломы, и под лавку залезть. А в небе — вот обида! — ничего этого нет. В какие бы уголки неба тучки ни забежали, солнце тут же ловит их своими лучами.

Вдруг одна тучка, самая маленькая, возьми да и придумай такую вещь: подплыла к другой тучке и спряталась в неё. И вместо двух маленьких появилась на небе новая тучка, побольше.

Понравилось это и остальным тучкам. И давай они прятаться одна в другую, пока не слились в огромную чёрную тучу. Вышло солнце искать — ни одной знакомой тучки не нашло. Не с кем стало ему играть да и негде, — чёрная туча всё небо застлала. Рассердилось солнце и как полоснёт по ней огненным ножом. Треснула туча, загрохотала, и хлынул из неё дождь.

Ой, что тут началось! Петух приказал курам:

— Слушай мою ко-команду! Марш в курятник!

Птицы под листья забились, клювы стиснули: а то вырвется песня, дождь её услышит и ещё сильнее по листьям ударит. Красивая бабочка сидит под некрасивым лопухом и дрожит: «Вдруг цветы увидят меня и подумают, что мне какой-то лопух всех милей!»

А мамы, те начали бельё с верёвок срывать, окна захлопывать, детей скликать.

Один Гугуцэ остался у ворот. Первые капли просвистели возле самых его ушей и — раз, раз, раз! — ударили по дороге.

Мальчик поймал две капли и говорит им:

— Ну и чудачки! Вы что? Не знаете, где пшеница посеяна? — И запел:

Дождик, дождик, бей потише

По дороге и по крыше!

А капли хоть бы что, знай себе лупят по крышам, по крылечкам. Тогда Гугуцэ засучил штаны, вышел на дорогу и крикнул дождю:

— За мной!

И зашагал дождь по дороге следом за Гугуцэ. Правда, весь дождь на дороге не помещался, он и дома по пути задевал, и во дворы заходил, и через заборы перепрыгивал.

Все, кто работал за селом, накинули на головы пустые мешки и — наутёк. Кто в машине, кто на телеге, кто на лошади, а кто и босиком по лужам. Один Гугуцэ смело шагал вперёд и вёл за собой дождь. Капли догоняли его, лезли за шиворот, кусали за уши, щёлкали по носу. Но Гугуцэ не обращал внимания на такие мелочи: пусть себе балуются.

Так привёл он дождь на пшеничное поле. Обрадовались густые тонкие колоски таким же густым и тонким струйкам, пошли вместе плясать по всему полю.

Весь мокрый вернулся Гугуцэ домой. Видит — встала над его двором радуга, и по всему селу мамы ей навстречу окна открывают. А петух влез на курятник и примеривается, как бы ему половчей на радугу вскочить да прокукарекать оттуда, чтобы отозвались ему петухи со всего белого света.

ЧАСЫ

Иногда, заметив, что отец не очень занят, Гугуцэ подбегает к нему и говорит:

— Папа, когда твои часы состарятся и в них будет очень мало минут, отдай их мне.

Отец гладит его волосы, а Гугуцэ радуется: уговорил! Проходит день, проходит неделя, не отдаёт отец часы. Значит, в них ещё много минут осталось.

Но когда-нибудь эти минуты кончатся. Гугуцэ уже надел на руку ремешок, подходит к отцу, глядит на ремешок и сам себя спрашивает:

— Интересно, сколько сейчас времени?

Отец ничего не замечает, а дедушка почему-то поглядывает на солнце.

— Что ты делаешь, дедушка? — спрашивает Гугуцэ.

— Как — что? Прикидываю, который час.

— Это твои часы, дедушка?

— Они самые. Весь век по ним живу.

Гугуцэ сравнил дедушкины часы с отцовскими. Дедушкины, конечно, лучше. Ударь молотком по отцовским часикам, и ни минутки в них не останется. А в дедушкины из пушек бей — не разобьёшь. К тому же они и светят и греют. По ним живут и звери и птицы. А идут дедушкины часы без остановок, заводить их не нужно.

Гугуцэ так они понравились, что он даже ремешок выбросил.

И всё-таки однажды спросил у отца, много ли минут осталось в его часах, а если немного, то не нужен ли ему мальчик, который бы их выбросил.

Вместо ответа отец поглядел на часы и спрятал их под рукав.

— А дедушкины часы, — сказал Гугуцэ, — самые главные! Часовщик, когда делал твои, проверял их по дедушкиным.

Отец взял Гугуцэ на руки:

— Умница! Так и быть, отдаю тебе часы!

Гугуцэ сразу пожалел о выброшенном ремешке и помчался его искать.

Вечером дедушкины часы ушли спать. А свои Гугуцэ держал у самого уха, никак не мог заснуть, боялся, что кончатся в часах минуты.

Но рано утром часики ещё тикали.

Положил их Гугуцэ на ладонь и бегом в село. Кого застал в постели, кого во дворе, кого у колодца. Гугуцэ всем показывал часики.

Немного минут в них оставалось, но этих минут хватило на то, чтобы всё село узнало, который час. Ведь большие дедушкины часы ещё не взошли на небо.

ПОДСНЕЖНИКИ

Однажды Гугуцэ нашёл семь копеек. Не больше и не меньше. Опустил он монетки в самый глубокий карман, три дня туда не залезал: вдруг рядом с прежними новые монетки заведутся? Но в кармане, кроме гвоздя, ничего нового не обнаружилось. Сестрёнка сказала, что в её кармашке деньги сами не заводятся. Насчёт папиного кармана брат с сестрой ничего сказать не могли: его не было дома.

Приближался день, какой бывает раз в году. Когда все мужчины всем женщинам делают подарки. Гугуцэ первым из мужчин своего села явился в магазин. По дороге он надумал купить маме машину. Возить маму на базар будет, конечно, он, Гугуцэ.

Потирая руки, вошёл мальчик в магазин. Но не нашёл он, чего хотел. В машинах, которые там продавались, не помещался даже сам Гугуцэ, не говоря уже о маме.

Видя такое дело, купил Гугуцэ пуговицу. Теперь у него оставалось три копейки. Надо бы к пуговице платье прикупить. И не какое-нибудь, а голубое. Но голубого платья в продаже не было. Может, взять вон те туфли на высоких каблуках? Гугуцэ чуть не попросил их у продавщицы, да не знал, какой размер ему купить.

Пошёл он домой, стал дожидаться вечера, когда мама спать ляжет. А чтобы она быстрее уснула, Гугуцэ стал рассказывать ей сказку про царевну. Мама уснула на середине, и другая половина сказки осталась в голове у Гугуцэ. Что ж, пусть царевна подождёт своего Фэт-Фрумоса до следующего раза. Гугуцэ было не до них.

На цыпочках вышел он из спальни и вернулся с ниткою в руках. Приложил он нитку к маминой ноге, и тут у мамы рука шевельнулась. Взял Гугуцэ мамину руку в ладошку, начал её покачивать:

Ночь тиха, постель мягка,

Баю-баюшки, рука.

От этой песенки рука сразу уснула. Смерил Гугуцэ мамины ступни, лёг в постель, а нитку под подушку спрятал.

Утром Гугуцэ первым делом побежал в магазин. Ко всем туфлям нитку приложил, выбрал самые лучшие. Но, узнав, сколько они стоят, почесал за правым ухом, вынул три копейки, пересчитал, почесал за левым ухом, поставил туфли на прилавок и пошёл прочь.

Будь вы в тех краях, вы бы увидели, как вышел Гугуцэ из села, как шагал он по дороге, как скрылась за холмом его остроконечная шапка и долго не показывалась. А потом вы бы увидели, как он обратно спускался с холма, неся охапку подснежников. Ботинки у него разленились, ногам идти мешали, шапка так устала, что качалась на голове. Но Гугуцэ был куда сильнее, чем несчастные ботинки и шапка. Он принёс подснежники прямо в магазин. Самый большой букет подарил продавщице, остальные всем, кто был в магазине.

Люди первый раз в этом году увидели подснежники. Все очень хвалили Гугуцэ, а продавщица даже погладила его шапку, хотя шапка была совершенно ни при чём. Тут Гугуцэ на глазах у продавщицы вынул три копейки, три раза пересчитал их, посмотрел на туфли, вздохнул. Но продавщица ни о чём не догадалась.

Солнце садилось, собирались белые облака, а у Гугуцэ не было подарка для мамы.

«Ничего, — успокаивал он себя. — Утром встану чуть свет, наберу подснежников».

Но под вечер закружились за окном такие большие снежные хлопья, каких Гугуцэ ещё и не видывал. Небо потемнело, холмы побелели, а мальчик уснул. Мама нашла его, спящего, у окна. В руке он держал три копейки и пуговицу. Чудесную пуговицу. Как раз такую, какая была маме очень нужна.

Источник:

https://litlife.club/books/288493/read?page=1